Вверх

Путешествие в Заграницу

Петербург - Хельсинки - Стокгольм

 

День первый
10 июня 2006 года

Часть I Петербург

Медный всадник

    Мы выехали из дома в 4 утра. Добираться до места пришлось на такси - метро ещё не ходило. По-утреннему пустой Петербург выглядел серо, почти сурово. В окнах такси промелькнули Нарвские ворота, Обводный канал, Загородный проспект. Лихо подкатив к площади Восстания, мы затормозили у гостиницы "Октябрь", где было назначено место сбора. Здесь постепенно начинали собираться туристы - те, кто составит нам компанию в путешествии.
    В ожидании автобуса мы с любопытством разглядывали остальных. Пока что никто никого не знал, и все туристы казались на одно лицо. Вот подъехало ещё одно такси, и оттуда выскочила пара девушек. Они были чем-то похожи друг на дружку - обе высокие, в одинаковых спортивных костюмах. Я тоже ехал с другом, причем своим тёзкой - Митей. К путешествию мы подготовились основательно. У Мити на плечах был небольшой рюкзакчок, зато на шее висел здоровенный фотоаппарат "Олимпус" с выдвижным объективом. Я же вёз рюкзак и огромную багажную сумку, которые были битком-набиты всякой снедью. Причем, сначала она такой тяжелой не была. Мама успела доложить в неё ещё пять килограмм в самый последний момент!

Гостинница "Октябрьская"

    Подошло ещё одно такси. Из него выскочил молодой человек, который резво обежал машину и поспешил открыть дверцу своей девушке. Судя "языку тела", влюблённые находились на самой прекрасной и романтической стадии отношений! Наконец к гостинице подкатил большой автобус "Скания" с видами Петербурга на боку. В нём переплелись розовый закат белой ночью над Невой, разводные мосты и памятник Медный всадник. Вскоре мы надолго забудем виды родного города! Погрузив багаж, мы стали подниматься в автобус без лишних слов...

    Экскурсовод - женщина лет пятидесяти, сразу устроила перекличку, как в школе. Когда подошла очередь влюблённых, они отвечали: не "я", а "мы", так как у них фамилии у них стояли рядом. Даже смотреть на них было одно удовольствие! Когда выяснилось, что все в сборе, и опоздавших нет, гидша скомандовала:
- Ну, а теперь будем отправляться, надо успеть проскочить границу как можно раньше!

    Граница... Мы покидали наш город и одновременно страну на рассвете. Сегодня нам предстояло впервые окунуться в заграничный мир, который до этого был неведом и незнаком. Я вырос в такое время, когда вещь считалась хорошей только потому, что она заграничная, а все девушки мечтали выйти замуж за иностранца. Отечественные джинсы, мультфильмы, жевательные резинки и автомобили считались устаревшими и не модными. В моде была заграница, и этот дух восхищения всем забугорным, по-видимому, был жив во мне и тогда...

    Петербург (слово "Питер" мне режет слух) ещё спал. Пробок не было. Мы ехали быстро и почти бесшумно. Вот и Литейный мост, с которого видно крейсер "Аврору" и шпиль Петропавловской крепости. Справа шпиль поменьше - Финляндский вокзал. Но мы едем в Финляндию не на поезде! Оказавшись на другом берегу Невы, мы промчались по Выборгской набережной, взлетели на Ушаковскую развязку...

Ушаковская развязка

    Проснулся я, когда автобус шёл уже по трассе "Скандинавия". По обе стороны шоссе мелькал ярко-зелёный лес, густые тёмные ели, сосны, березы. Причудливо громоздились могучие гранитные валуны. После суеты большого города красивая природа Карельского перешейка воспринималась с почти детской радостью: наконец-то отдых!
Митя тоже проснулся и помотал кудрявой головой.
- Так! - бодро сказал он, - надо переложить вещи!

    Он достал с багажной полки свой рюкзак, вынул оттуда всё содержимое и быстро всё переложил на свой лад. Заглянув в его рюкзак, я обнаружил, что значительную часть Митиных запасов составляли кисломолочные продукты: творожки и йогурты. Ему почти удалось убедить и меня! Я тоже взял с собой в путь один творожок, так как Митя уверял меня, что в дороге это лучшая еда, и их хочется больше всего. Однако творожку не повезло. Случилась "авария" и его тонкий верх из фольги прохудился. Всё это время он вероломно стекал в рюкзак, перепачкав там, всё и вся. Покончив с моим рюкзаком, он перекинулся на Митины вещи. Надо было видеть его глаза!

    Постепенно, вслед за нами стали просыпаться и остальные пассажиры, компенсировавшие раннее вставание сном на жестких спинках кресел. Послышались голоса. Все стали поднимать головы, оглядываться и шумно переговариваться.

    Пока мы встали выглянуло солнышко. Небо было ослепительно-синим, без единого облачка. За окном плыл зеленый луг, с правой стороны было озеро с утками, поросшее сухим камышом. Природа давно уже была финской, а земля русской. Казалось, ещё немного, и начнётся Финляндия. Просто так, незаметно!

    Но мои радужные иллюзии были разрушены. Уже за несколько километров до границы, нас встретил первый кордон. Автобус встал, как вкопанный, перед шлокбаумом. Неулыбчивый пограничник проверил у всех наличие паспортов и виз. Полная женщина в камуфляже подняла шлагбаум, приблизив нас, тем самым, к заветной Загранице...

- Дьюти фри! - звонко объявила гид. Я не знал, что это такое, но вышел вслед за всеми из автобуса. Duty Free оказался небольшим магазинчиком, который выглядел почти по заграничному. В Дьюти Фри можно было купить всё то, необходимое, что пригодится в пути: водку, шоколад, парфюмерию. Больше в нем ничего не было. Все охотно набирали маленькие эстонские ликёрчики в небольших пузырьках-"мерзавчиках" по 0,2 литра. Я последовал общему примеру и взял себе три: вишневый, клубничный и "Vana Tallinn", что означало: "Старый Таллинн". В магазинчике всё сияло, на каждом шагу стояла по-европейски вежливая продавщица в белой форменной блузке.


- Мы уже уезжаем! - объявила наш экскурсовод. Все послушно выстроились к кассе.
- А вы в рублях или в евро принимаете? - спросил я у кассирши.
- Как хотите, - ответила она.
Митя прошёлся по магазину с важным видом, повертел в руках какую-то шоколадку, напоминавшую запечатанную ценную бандероль, но ничего не купил. На мои ликёрчики он осмотрел скептически.
- Ты что же их будешь пить? - усмехнулся он.

    Следующий пост был посерьёзней - русская таможня! Я сразу понял, что это именно таможня по длинным вереницам частных финских и российских автомобилей, автобусов и грузовиков, которые выстроились перед границей ещё за несколько километров. Метров за сто до поста встали и мы. Из окна было видно, как юркий старшина-пограничник ловко лавировал между легковых машин, проверяя паспорта и визы. Машины были с белыми российскими номерами и финскими, с синей полосой Евросоюза.

    Сама таможня размещалась в светлом павильоне из стекла и бетона. Над ним развевался российский флаг. В здании была большая очередь, которая совсем не двигалась, отчего создавалось ощущение, что там никого нет. Мы высыпали из автобуса и встали в её конец. Вещи разрешили оставить в автобусе.

    В таможню запускали по группам, и мы долго пропускали группу каких-то китайских пенсионеров. Наконец, нас всё-таки пустили, и в окошечках КПП возникло по строгой пограничной девушке. Каждый, проходя пропускной пункт, раскладывал перед ними свой паспорт, преданно глядя на них щенячьими глазами. Когда подошла моя очередь, я заглянул в окошечко, улыбнулся и сказал: "здравствуйте". Девушка в защитной форме не ответила, однако долго и пристально вглядывалась мне в глаза, словно пытаясь припомнить, где мы могли с ней встречаться. Она сличала мой светлый образ с фотографией в паспорте. Шлёпнув в мой девственный паспорт синюю печать с надписью "Торфяновка", она закрыла его и швырнула мне обратно. Я почувствовал себя так, будто меня просветили рентгеном или отсканировали, причём в голом виде!

    На входе в автобус здоровенный старший сержант с лицом молотобойца деловито листал паспорта, проверяя наличие печатей с автомобильчиком. У кого паспорт был открыт не на той странице, он нетерпеливо вырывал его из рук, открывал, где надо и вскоре отдавал. От таможни осталось гнетущее впечатление.

    Мы снова сели в автобус и проехали ещё немного. Финская таможня. Маленький домик, внутри которого всё обшито деревом. Со стороны напоминает сельский универсам "Стройтовары" или конторку на лесопилке. Пограничники в смешной форме с маленькими картонными погончиками сидели в окошечках, напоминающих кассы. В отличие от наших добрых молодцов, это были уже людьми в возрасте, немного усталые, но предельно вежливые. Я приготовился к допросу, сделал хмурое лицо и шагнул к "кассе".

- В первый раз к нам? - спросил финский пограничник по-русски, правда, с лёгким акцентом, листая мой паспорт.
- Да... - нервно ответил я, барабаня пальцами по столу. Меня не покидало чувство волнения. А вдруг не пустят за границу?

Моё фото смутило финского таможенника. Он нахмурился. С минуту он вглядывался то в мое лицо, то в карточку. Дело в том, что в паспорте у меня густая шевелюра, в жизни же я был довольно коротко пострижен.

- А, вы подстриглись? - наконец догадался он. Горячие финские парни!
- Да, - ответил я, страшно переживая в душе, что сейчас меня не признают и выгонят.
- Когда?
- Вчера, - ответил я, и это была сущая правда. Я подстригся прямо перед поездкой, забежав после работы в парикмахерскую "Дома быта".
- Сколько стоит подстричься в России? - неожиданно поинтересовался он.
- 7 долларов... - почему-то сказал я. На самом деле я не помнил сколько.
- Угадайте, сколько стоит в Финляндии? - спросил пограничник.
- 10? - предположил я.
- 25... - сказал он, шлёпая штамп, и добавил: только не долларов, а евро. Счастливого пути!

    Мы забрались в автобус, счастливые, что легко отделались. В паспорте у меня прибавилось ещё на одну печать, только там было написано по-фински: "Vaalimaa".
- Уфф! - сказал я, пряча паспорт во внутренний карман пиджака.
Митя тоже ликовал: "Прощай немытая Россия!" - сказал он с улыбкой и открыл новый творожок.
Автобус с шумом набирал ход, отмеряя первые метры по финской земле. Россия осталась позади, а впереди была Европа, загадочная и манящая заграница!

Продолжение>>>


(Дмитрий Семенидо, Февраль 2009, © Semenido'S Studio)